James Turrell. Roden Crater

Google Maps, инструмент искусства 0

13/02/2019
Андрей Левкин

В последний день января сайт artnet news опубликовал материал и, похоже, сам не понял, почему это сделал: «Here Are 11 Remarkable, Out-of-the-Way Works of Land Art You Can Easily Visit on Google Maps». В статье (точнее – в подборке) о том, что в Google Maps можно увидеть некоторые художественные объекты. В варианте спутникового изображения. В общем, отчасти художественный факт, но как его представить? Ровно фактом? Тут что-то большее. Но половина объектов сделана еще в 1970-х, какие ж тут news. Но, с другой-то стороны, лишь теперь их легко увидеть, а вместе они не оказывались никогда. Словом, ощутив наличие некоего события, артнетовцы не поняли, как с ним поступить, отчего материал начинается криво: «На Google Maps вы можете увидеть множество странных вещей. Если вы совершаете цифровую прогулку по миру функцией Street View, то нередки случаи, когда люди намеренно трогают автомобиль Google, производят непристойные или абсурдные жесты или же просто преследуют 15-глазую камеру».

Причем тут Street View? Вообще, и эту опцию можно использовать в благих целях, например, – сделать галерею котов какого-либо города, которых можно заметить на скриншотах; я пробовал с Лиепаей – получается. Но в этой истории Street View ни при чём, об этом тут же: «Но если перевести изображение в вид со спутника, то найдутся достопримечательности, на которые стоит обратить внимание, особенно – если вы любите Land Art». Впрочем, эта невнятность – ерунда, главное, что обратили внимание на факт.

Все 11 штук представлять незачем, они есть в статье (в каждом случае – описание объекта и его координаты на карте). Я взял некоторые из них со спутникового Google Maps в более-менее внятном виде, добавил фотографии объектов уже с земли – конечно, их можно отыскать. Надо же осознать, как они оказались теперь вместе и что из этого может следовать.

Вот эта работа, кажется, самая знаменитая из всех. Robert Smithson, Spiral Jetty (1970, Rozel Point, Great Salt Lake, Utah).

В пояснении сообщено, что Роберт Смитсон попал на северо-восточное побережье Большого Солёного озера в штате Юта отчасти потому, что микробы в этом регионе придали воде красноватый цвет, и он захотел это увидеть. Вдохновлённый доисторическим пейзажем, он построил Spiral Jetty – с помощью строительной бригады, самосвалов, трактора и фронтального погрузчика. Перемещено 6000 тонн чёрной базальтовой породы и земли с края озера, произведена спираль, закрученная против часовой стрелки. Длина 1500 футов, ширина – 15.

У него есть и уменьшенная реплика для Европы: Broken Circle / Spiral Hill (1971, Emmen, the Netherlands). Эту работу он сделал летом 1971 года. Предполагал, что долго она не продержится, но нет – она до сих пор стоит в воде песчаного карьера у деревни Вирдинге. А сам Смитсон погиб в авиакатастрофе во время полёта над Техасом в 1973-м.

Там ещё написано о предыстории этого проекта: будто бы Смитсон постучал в дом владельца земли и просто спросил, может ли он построить в карьере произведение искусства. Владелец сказал «да, немедленно».

Теперь история из ранней жизни весьма знакового персонажа. Работа даже не упоминается в стандартном списке его действий (и среди его жанров), поскольку сделана в то время, когда он начинал свою эпопею со скульптурами из громадных стальных листов. Это Richard Serra, Shift (1970–1972, King City, Ontario, Canada, примерно в 30 милях к северу от Торонто).

Работа была заказана коллекционером Роджером Дэвидсоном и осуществлена на его земле (больше 4 гектаров). Шесть бетонных плит высотой 1,5 метра, толщиной 20 сантиметров. Зигзагообразная траектория была выбрана Серра и художницей Джоан Джонас, они обнаружили на местности, что если два человека идут по неровной земле навстречу друг другу, то – чтобы всё время видеть другого – им надо идти по извилистой траектории. Края работы – это точки, из которых они уже могли друг друга видеть.

В 1974 году землю купил застройщик. Долгое время ничего с ней не делал, но в 1990-х принялся там строить. Так, в 2009-м город проголосовал за то, чтобы объявить Shift и окружающую его поляну охраняемым культурным ландшафтом.

В этом жанре отметился ещё один важный персонаж, James Turrell (который работает со светом). Впрочем, здесь тема света тоже есть. Вообще-то, Roden Crater числится незаконченным, а был начат в 1974-м (Coconino County‎, ‎Arizona).

Там потухший вулкан, Таррелл пролетал над ним на одномоторном самолёте, увидел и воодушевился. У него там какая-то серьёзная астрономическая подоплёка, примерно в сторону Стоунхенджа (выравнивание по неким астрономическим осям и т.п.). Таррелл переместил миллионы кубических метров грязи, но строительство всё еще продолжается, и работа закрыта для публики.

В итоге там должно возникнуть 21 просмотровое пространство, соединенное шестью тоннелями и создающее «naked-eye telescope» для наблюдений за действиями различных небесных тел (например, за заходящей Луной). Вероятно, работа будет закончена, поскольку в январе 2018-го компания Kanye West пообещала 10 миллионов долларов на завершение проекта.

Вот более подробное описание проекта. Вот так, в частности, должно быть видно изнутри.

Это уже несколько штампованный с той поры Таррелл; такое, например, стоит и возле Музея современного искусства в Зальцбурге, ближе к краю горки (фото моё, январь 2019-го, в дырке – сумеречное небо).

За истекшее время Таррелл сделал уменьшенную реплику в Европе (как Смитсон), Sky Garden Crater (1992, Skibbereen, Ireland). Это не вулкан, а искусственный кратер, сооружён по заказу немецкого арт-дилера Вайта Турске, бывшего владельца 163 акров земли, на которой объект и расположен. Работает как «Обсерватория открытого неба» (тот же самый «naked-eye telescope»). Рядом – особняк XIX века «Liss Ard Estate» (25 спален), в котором однажды жила, например, Патти Смит. В 2016 году эта недвижимость была выставлена на продажу, за 7,5 млн. евро, но вряд ли с объектом произойдёт что-то дурное. Вот тут в центре можно лежать и смотреть вверх.

Как обычно, по факту та же дырка, чтобы глядеть в небо. Впрочем, обошлось без окружающего дырку строения, в её роли – сам искусственный кратер.

Схожая тема и столь же незавершённая работа: Charles Ross, Star Axis (1976–…, Anton Chico, New Mexico, USA)

Там предполагается (или предполагалось) устроить ту же, что и у Таррелла, «обсерваторию без телескопов», чтобы всё было видно невооруженному глазу. Те же темы направлений, азимутов и прочее. Идея – зритель должен увидеть, как «пространство звёзд» соотносится с человеческим масштабом. Пока посетителям не рады, открытие обещано в 2022 году, но финансирование там примут, конечно. Только вот Гугл слева, где сведения о состоянии объекта (если зайти на карту), пишет, что проект закрыт навсегда. Ну, мало ли что пишут сбоку.

Google Maps в самом деле начал вытаскивать какие-то этакие истории. Он даже склоняет к тому, чтобы с его помощью их искать. Вот частный пример, по времени совпавший с публикаций в artnet news, – я сделал подборку транспортных развязок в городах, которые мы проезжали в январе (почему-то их оказалось тоже 11, ну, и артефакт есть, «11 развязок и один артефакт»). Будто такие объекты хотят стать ленд-артом как минимум. Да, их назначение вовсе не художественное, но какое-то сходство всё же присутствует – во всяком случае, они вполне изящны. Что ли Google Maps даёт новый ракурс, позволяющий увидеть некоторые вещи иначе, чем обычно. Даже и сложнее: вот вы едете по трассе, поворачиваете, куда следует, но по факту взгляда по движению вперед всё для вас по прямой, а на самом-то деле вы вовлечены в весьма непростую схему.

Ещё в этой подборке интересно время создания работ. То, что уже приведено, в основном из 1970-х. Была тогда такая склонность. Можно даже прикинуть, почему. Хиппи, например, мысли о Всеобщем и, соответственно, Космосе, плюс этакий акционизм, ну, и не без хипповских приколов и фенечек. Чем, собственно, не фенечки спирали Смитсона и тропинка Серра? А там уже от хиппи к нью-эйджу с экозаморочками и далее в непрерывном тренде к крафтовым хипстерам. Преемственность тут определённо есть, а две следующие работы относятся уже к 1990-м.

Maya Lin, Wave Field (1995, Ann Arbor, Michigan). Лин известна Мемориалом ветеранов Вьетнама в Вашингтоне, а вот её «волновое поле» в Энн-Арборе, в Мичиганском университете. Объект рядом с факультетом аэрокосмической техники, теперь это здание носит имя Франсуа-Ксавье Бану (François-Xavier Bagnoud) – в память пилота вертолёта, учившегося на факультете, он погиб во время миссии в Мали в 24 года. Объект сделан по заказу семьи Бану, после его смерти. Некрупная работа, 90 x 90 футов, но спутник хоть и кое-как, но её видит.

Город известен Мичиганским университетом, в 1970-е был одним из центров либеральной политики, студенческих движений, борьбы против вьетнамской войны. То есть хиппи при деле. Это в 1970-х, но преемственность тут очевидна. К слову, с июля 1972-го до 1980-го (с перерывами) в статусе «приглашённого поэта» (poet-in-residence) там преподавал Бродский. Но это так, совершенно к делу не относится. А по поводу арта можно сказать, что здесь он уже вполне современный и – коль скоро кругом город – практически даже стрит-арт.

Надо и о разрушении таких объектов. Такое тоже есть (потенциальное). По крайней мере постоянно сохранять его не собираются. Desert Breath (1997, Qesm Hurghada, Red Sea Governorate, Egypt). Коллективная работа греков (Danae Stratou, Alexandra Stratou, Stella Konstantinidis, общее название D.A.ST.) Сделана в Сахаре из, разумеется, песка.

25 акров площадь, 89 конусов, 89 углублений, всё это размещено на этаких спиралях (как у Смитсона). В центре бассейн. Он уже испарился, остальное ещё держится. Так это было вначале.

Так это выглядит теперь.

Ну, и что можно сделать с этой новостью? Есть ли тут тренд, соотносится ли он с актуальным? Разумеется, всего этого вместе не было бы, не появись на свет соответствующий инструментарий. Только обнародование архивов не так чтобы акт искусства само по себе. Впрочем, обнаружение рукописей – скажем, музыкальных, – долгое время лежавших нигде, вполне давало импульсы для развития отрасли. Как с И.С. Бахом, например. Но импульсы – гадательная тема, то ли возникнут, то ли нет. С самой торжественной точки зрения последствия неизбежны: вот же как всё теперь связано. Даже и не связано, а практически всё можно вытащить в реальное время. И если оно там появляется, то для этого времени это вполне новость. Ну, такие упования на интернет были еще в 1990-е. Только тогда всё вытащить было ещё нельзя.

Определенная новость в том, что интернет и Гугл (в частности) тут оказываются не только средой, которая представляет эти работы. Заодно они вытаскивают и их окрестности, что уже не только извлечение старых артефактов, но определённо другое качество, причём возникшее как бы само собой. Никто же не делал Гугл затем, чтобы сделать вот эти объекты видимыми в таком пакете. Они были отдельны, а теперь увязаны вместе. Но это не реанимация темы пространственной экспансии искусства. Здесь явно другое качество. Это как если бы сделали 3D-читалку, в которой тексты можно было бы посмотреть и целиком, причём – в рельефном виде. Как там изгибается, из каких плоскостей, выпуклостей и дыр состоит, допустим, «Преступление и наказание». Какие слова там – в предложениях – видны чётче, потому что они главнее, а какие маячат, лишь чтобы оформить фразу. Меняются, что ли, условия игры, потому что изменилось пространство, в котором находится арт. Он перестаёт двигаться строго по линии хронологической актуальности.

Понятно, не Google Maps тут главный герой. Это всё то же влияние сети, которое идеализировали в 1990-е (всё на свете будет рядом, когда будет оцифровано) и о котором забыли после появления соцсетей и вовлечения в интернет-активность миллиардов. Но вот же, природа берет своё. Возникает и обосабливается зона чего-то реального. Или иначе: актуальность предполагает работу на том, что находится в оперативной памяти, а она расширяется. Реальность расширяется. Это не только о пространственном доступе (с ним в сети очевидно), время тоже становится другим, это уже не линия, а этакий широкий фронт. Будто следствием технологического сжатия пространства стала отмена времени, отчего количество того, что находится в мгновенном доступе, перешло в новое качество. И тут не какое-то количество-количество, а количество вменяемого: именно потому, что такие истории возникают теперь почти сами собой, а не делаются специально.

 

Другие выпуски блога Андрея Левкина наArterritory:

Чикенчёрч, рождественская история
Министерство без министерств
Гуманизация знаков, британский опыт
Серое без оттенков
Tilt-Shift, опора реализма
Стрит-арт без спрея, варианты

Место стыка двух миров

Поэзия, ежедневное искусство

Тревожность перед Рождеством
Алисия Маккарти и панк-минимализм

Стрит-арт и метахудожник
Сдвиг контекста голубой собачкой
В Санкт-Петербурге – Ленинград, а в Ленинграде – Петербург
Художесственное возвышение магнитиков
Жесть, масло, Нью-Йорк, время
Одна француженка из воздуха
Поэзия как визуалка, но не в этом дело
Города и – само собой – искусство
На том же месте через 40 лет
Неторопливый апокалипсис (в хорошем смысле)
Минималистский экспрессионизм и городская песенка
Стрит-арт 2016: на улице почти как в галереях
Не знаешь, как быть – тыкай в нетипичное
Каунас: инвентаризация методов
Бетон, абсолютно пластичная тема
Расшифровки Матье Тремблина или наступление полной ясности
Арт или аттракцион: роковая (или нет) черта
Тут уже постинтернет, или Постинтернет уже тут
Резиновые обстоятельства: как мы (каждый из нас) выглядим ровно сейчас?
Складные котики Стабу, 29, или Арт непрерывных утрат
Жильё в почве как доходчивыйcloud-art
Филадельфийский проволочник
Найденное повсеместно (Found Art)
Арт, приближённый к телу, или Искусство внутри нас
Городinside: покинутые офисы
Город как страшной силы машина связей
Хорошо недоделанныйKunst
АкаунтZetteldichterв соцсетиWien
Town-арт, городское кабаре