Luigi Ontani

Арт-трикстер и Территория искусства 0

31/03/2019
Андрей Левкин

В медийном пространстве развиваются темы: «какое теперь искусство; кто воспринимает в качестве искусства что именно; как это происходит». Понятно, темы вечные, новизна в медийном распространении. Тут тег тут не «искусство», а «массовое» и, допустим, «плюрализм». Например, заключительная фраза из «Каждому своё „Дау”» в Arterritory: «…Искусство – как и писал Тьери Де Дюв – сегодня не отдельная территория, но имя собственное. Оно стало тем, что именно вы, а не кто-то другой этим именем назовёте».

Но разные группы населения в разные времена называли искусством разное. Например, им считались инкрустации или поделки из янтаря. До сих пор искусством называют акварели с картинками милого города и т.п. А уж интерактивности (её часто упоминают как непременное свойство искусства новых времен) там полно: объекты висят/стоят в домах, хозяин стирает с них пыль, радуется обладанию (возможно). Ладно, пусть искусством станет то, что им будет назначено. Но если что угодно может быть названо так, то и художником тоже можно назвать кого захочешь.

Однако с производителями потенциального искусства как-то скромнее. Существовала когда-то передача «Сам себе режиссёр», и не сказать, что была невостребованной; там, как водится, потешные животные, чьи-то смешные (типа смешные) неудачи. Но режиссёрами авторы всё же не считались. Логично, не надо путать хобби и работу. Или же фотография как вид искусства всё еще существует, невзирая на миллиард камер и тьмы произведённых (и сохраняемых где-то) изображений.

Конечно, давление массовости ощущается давно. Скажем, то, что назвалось Искусством молодых британских художников (Хёрста, Эмин, Чепменов и т.д.), выглядело (или подавалось) как попытка сделать актуальное искусство для более-менее масс (во всяком случае, эта сторона дела рассматривалась у Дж.Сталлабрасса в толстой книге «Высокое искусство, версия облегчённая. Взлёт и падение брит-арта 90-х»). Конечно, в отношении к массовой массовости это был просто какой-то всплеск умственной изощрённости. Да, вызванной новыми обстоятельствами, откуда и идея сыграть на опережение, сделав массам приемлемое для них искусство. Приемлемое – с точки зрения авторов. Что, понятно, совсем не тот плюрализм, который идет затирать понятие «территории искусства».

Вообще, тут противоречие. Если художники ещё существуют отдельно, то должна же у них быть и своя территория? Мало того, отрицание её наличия утверждает обратное: если и так понятно, что искусство – что угодно, то сообщать, что это «не отдельная территория, но имя собственное» уже незачем. Постепенно такие дела не происходят, они раз и всё – мир уже не будет прежним, в нём уже всё конкретно: «территория искусства, что это?»

Собственно, ещё одна проблема. Хорошо, что-то ощущается как искусство. Но тогда частное восприятие чего-либо как артефакта предполагает его последующее размещение где-то, где уже сложены и другие артефакты. Ещё какое-то пространство получается. Что ли взамен аннулированного: отдельного пространства, где делается искусство, нет, но складывать-то его куда-то надо… как назвать эту «территорию»?

Здесь не о том, что есть некое высокое искусство, а прочее – ерунда. Вот уж будто какая-то доблесть в том, чтобы нечто оказалось непременно искусством, его уже на свете столько… Просто что-то по факту является искусством, по наличию в нём некого вещества или свойства. Ничего тут возвышенного, например – заяц может быть приготовлен плохо, а фальшивый заяц изготовлен великолепно, но он же от этого не станет зайцем. В каком-то веществе дело, никакого романтизма. Что-то или есть, или нет.

Тут бы пример, который бы продемонстрировал, что искусство может быть даже нелепым, но это всё равно искусство. Требуется нечто, произведённое на территории искусства и им оказывающееся просто в силу этого факта. Конечно, пример уже приводится, эти работы и сопровождают заметку. Даже наоборот, автор и склонил сделать всю эту присказку. Потому что он предъявляет арт-разгильдяйство по ходу производства наглядно популистских артефактов. Но произведённых именно по ту сторону, на территории искусства. Иначе где бы он всё это делал?

Это Luigi Ontani, в марте у него была выставка в Милане. Видов искусства много, он явно не арт-экстремал – почему бы не ввести и такой термин? Как экстремальные виды спорта – не в том смысле, что с рисками для жизни, просто их тоже (как и экстремальное искусство) в основном понимают те, кто участвует сам или близок к процессу. Это не массовый, не телевизионный формат – и нюансы трудно понять, и куда в этих экстремальностях поставишь оператора с камерой? А у Ontani всё видно и понятно.

Тут будто студент художественной академии работает на салон, который продаёт работы учащихся. А нет, в отличие от студента он не серийный. Но, конечно, тут и аттракцион, и иллюстрации к неким исходникам. И параискусство, действующее во внешней рамке (этнической, идеологической и т.п.). Ontani – конкретно развлекает, такие у него парадигма, контекст и дискурс. Но, такой-сякой, а художник. С той территории.

Вообще, он склонен к удушению зрителя символами. В той или иной степени переработанными, что есть вполне очевидное отношение к чему угодно шаблонному. Этакое искусство приятных сдвигов.

Результат не так и важен (лишь бы было симпатично), главное процесс сдвига. Перебор красотищи для надежности и не без явных глупостей – как вот с этими ногами, комплект типа для туристов возле Пизанской башни.

Причём он делает ходы, уместные в данном конкретном случае, в помещениях именно этой выставки. Он этакий арт-трикстер, пришёл со своим искусством и спроецировал его ровно сюда. Конкретно спроецировал в галерею свой участок «территории искусства». В других случаях работы будут другими.

Назначено место – там и произойдёт высказывание. Да, более-менее популистское, он может себе позволить. Потому что он внутри искусства, и этому искусству всё равно, где объявиться. Назначено быть тут – тут его и сделает. В другом случае будет как-то иначе. Вот это извлечено из Босха с какой-то целью (она непременно существовала).

Он всё время на своей территории, переводя её вовне, в понимающую его действия среду. А если кто-то не понимает, то и ему красиво. Или вот такое.

Я не навязываю свою точку зрения. Автор и сам об этом: Luigi Ontani has described his practice as “the adventure I live as a person of art”, where art and life are inseparable, becoming a journey of pursuing and exploring one’s identity against historical canons. «Луиджи Онтани описывает свою практику как "приключение, в котором он живёт как человек искусства", где искусство и жизнь неразделимы в реализации и изучении идентичности человека относительно исторических канонов». Такой он, так себя ведёт. Какой уж есть, но оттуда.

Вообще, новые разговоры о том, что такое искусство, они оттого, что вещества искусства стало очень много. Как-то оно мощно сейчас вырабатывается – это и хорошая новость, и не очень. Понятно, почему хорошая, а не очень – потому что а) это вещество заодно может покрывать и то, к чему отношения не имеет, ну так – просыпалось по дороге и б) девать его как-то и некуда в таких количествах. Сейчас была бы кстати очередная новая картина мира и энтузиазм по её поводу, но теперь затишье, да и расслоение, переход к неоднородным средам, а тогда этот продукт оптом не употребляют. Будто кто-то когда-то удачно произнёс «горшочек – вари», он и начал. Вещество искусства всё прибывает, а «горшочек, не вари» никто ни за что не скажет. Отсюда и проблемы зрителей. Никто же не думает о том, чтобы сделать им стабильную картину художественного мира. Тут лишь бы всё это куда-то пристроить, что и происходит в самых разных формах.

Вот, например, тортики. Lifelike Buttercream Flowers Transform Ordinary Cakes into Bountiful Bouquets. Это же не кулинары преуспели в дизайне, а художники решили скинуть избытки творческих импульсов ещё и сюда. Ну, например, похоже на малых голландцев.

Потом, какая же это кулинария. Понятно, что как бы к торжественным случаям, но кто в нынешние времена станет публично поглощать столь антиэкологический продукт, горы масляного крема… (а это он: The buttercream flowers look so lifelike that you might not realize they’re edible until the cake is cut!). Креативный элемент тут доминирует над материальным смыслом. Они ж ещё и вполне омерзительны на вид… (впрочем, это у меня оценочное суждение, можно его вычеркнуть, но можно и оставить как пример возникшего чувства, оно тоже элемент контекста). Представить только, что это – букет невесты, она его потом кинет за спину, в сторону подружек…

Или совсем простой, даже привычный вариант вхождения искусства в город, Breathtaking Portraits Capture Ballet’s Finest Dancing on the Streets of New York. Это не временное украшение города, город акцию и не заметит, постоянно они это тоже не делают. Будто этого вещества у них накопилось столько, что необходимо сбросить излишки. Как угодно, куда угодно.

Так что всё, что касается отсутствия территории искусства – оптический обман. Не то что её почти уже нет, наоборот. Очень высокий фон, вот и возникает ощущение, будто искусством уже можно назначать что угодно. Просто летит оттуда, с территории эта пыль (добавим для красоты – золотая) во все стороны.