Слева направо: Дарья и Агата Мельниковы

О чём нам говорят объекты в форме уха? 0

19/05/2017
Сергей Тимофеев

Экспресс-интервью с сёстрами Агатой и Дарьей Мельниковыми перед открытием их выставки «Танцующая зеркальность»  в рижском центре современного искусства kim?

В мире, где никто никому не верит и мало кто кого хочет понять, две сестры придумывают выставку о доверии, контакте и попытке выстроить гармонию хотя в бы в отдельном выставочном пространстве. Мы встретились в начале мая в небольшом офисе на улице Гертрудес, чтобы в разговоре наметить ключевые черты этого выставочного проекта сестёр Мельниковых.

Из них двоих имя Дарьи, безусловно, более на слуху у тех, кто интересуется визуальным искусством, – за её плечами и премия kim?, и несколько персональных выставок как в Латвии, так и за границей (в Умео, Таллине и Москве). Агата же закончила Музыкальную академию имени Язепа Витола по отделению истории и теории музыки, она автор музыки к одноактному балету, включённому в 2015-м в репертуар ЛНО, а любители электронной музыки знают её под сценическим именем Sign Libra – именно под ним она выступала со своим представлениями в Монреале и Нью-Йорке. При этом сёстры уже не в первый раз реализуют вместе визуальные проекты: в 2016-м у них проходила совместная выставка Celestial Stems в галерее 427 в Риге, а ещё они придумали вместе коллекцию аксессуаров Ancient Relics.

Сергей Тимофеев: Вместе с небольшим описанием идеи выставки вы прислали вместо эскиза свою общую фотографию – там вы вдвоём, в детстве, рассматриваете свои изображения в комнате кривых зеркал и, видимо, от души веселитесь…

Дарья Мельникова: Это просто фотография из нашего семейного архива. Нам показалось, что она намного лучше передаёт идею, о чём будет эта выставка, чем какой-нибудь фрагмент работы или эскиз.

А сколько вам там лет?

Д.М.: Это 1994 год, парк аттракционов в Межапарке. Мне 10, а Агате 6.

Агата Мельникова: Эта фотография, конечно, наталкивает на ассоциации с темой кривого зеркала. Напоминает, скажем, советский фильм «Королевство кривых зеркал», где главные героини – как раз тоже две девочки. И мы очень этот фильм любим…

Д.М.: Неделю назад его пересматривали.

А.М.: Но у нас – совсем не об этом, не об истине и искажении. Просто чисто визуально на том снимке всё это кривозеркалье выглядит таким «танцующим», и мы там стоим очень похоже одетые, в одной цветовой гамме…

Д.М.: Эмоциональное восприятие снимка, это ощущение контакта между двумя сёстрами как раз очень близко к тому, что мы придумали для выставки.

А.М.: В этот раз мы решили взять тему раппорта. И опереться на определённый метод – «зеркалирование», в котором есть три важных пункта: эмоциональное состояние, мимика и голосовой фактор. Сделать что-то общее, едино-дышащее и в то же время многогранное.

Д.М.: Раппорт – это слово из французского языка, оно означает «возвращать» или «приносить обратно». В психологии этот термин означает установление контакта между отдельными людьми или группами людей, который основывается на какой-то особой форме взаимопонимания и доверия.

А.М.: Мне хочется это сравнить с обменом веществ в организме – он поддерживает в нём жизнь, а в нашем случае «зеркалирование» работает на поддержание гармонии.

Д.М.: Это у нас уже вторая выставка с Агатой. Первая была прошлой осенью в галерее 427 у Каспарса Грошевса. Там темой стал анализ нашей семьи. И каждый объект представлял конкретного члена семьи. Новый проект тоже довольно… персональный, но он не о именно нас, мы скорее просто берём себя за основу. Такие доверительные взаимоотношения могут быть не только между нами, но между любыми людьми…

А.М.: Это ещё и познание самого себя при общении и попытка понимания того, как ты можешь вести этот разговор на положительной ноте. Как ты можешь подстроиться под другого и насколько он может подстроиться под тебя. И в результате этой совместной коммуникации и рождается гармония. Вот у нас с Дашей в девяносто… пяти процентах есть это понимание.

А как вы работаете? Вы всё придумываете и реализуете вместе?

Д.М.: Да, мы не просто придумываем что-то по отдельности, в разных квартирах, чтобы потом выставить вместе. Мы делаем всё сообща. Сидим рядом, постоянно советуемся…

Но у вас нет какой-то специализации – кто что делает?

Д.М.: У Агаты музыкальное образование, но здесь она тоже работает как визуальный художник. Вообще, это она предложила сделать что-то вместе пару лет назад, и я подумала, что это было бы классно. И это действительно интересно – потому что мне моё образование в школе Розенталя и в Академии художеств и профессионально очень помогает, и в то же время в какой-то степени меня ограничивает. Ставит какие-то рамки, которые мне порой мешают. А Агата не испорчена в этом смысле определённой «школой»…

А.М.: Я испорчена академической музыкой. (Смеются.)

Д.М.: Она работает более интуитивно – придумывает совместить вещи, которые бы я и не додумалась свести вместе. Но вот с технической стороны – у меня больше опыта.

А.М.: Если бы не Даша, у меня бы всё разваливалось, еле держалось вместе…

Зеркальность будет выражаться и материально? Будут ли использоваться зеркала?

Д.М.: Нет, зеркальность у нас предстанет в виде воды как метафора отражения. А вот, например, наши объекты из органического стекла по форме будут напоминать то самое зеркало из фотографии 1994 года.

А.М.: Да здесь вообще всё скорее как метафора. Плюс сама выставка выстроена так, чтобы соблюдать принцип отражения. Т.е. симметричное размещение объектов. К примеру, настенные объекты, висящие друг напротив друга, задействованы в гармоничном «диалоге» на расстоянии.

Д.М.: К тому же сами центральные объекты напоминают форму уха, что в нашем концепте – ещё одна важная визуальная метафора об умении слышать друг друга. Слышать и воспринимать.

В психологии «зеркальность» – это умение копировать друг друга для достижения взаимопонимания. Но если говорить про «зеркальность» в физическом смысле – в этой ситуации всегда есть примарный объект и объект второстепенный, его отражение. У вас всё совсем не так.

А.М.: В том-то и дело, что это – танцующая зеркальность, танцующее подобие… Которое как бы есть, но в какой-то момент оно отступает. В самой выставке эта «танцевальность» выражается в гибких линиях, аморфных, неострых формах… Если, например, в нашей предыдущей выставке больше чувствовалась геометричность, то здесь мы пытаемся избежать этого.

Д.М.: Наши объекты могут только на первый взгляд показаться одинаковыми, абсолютно «зеркальными». Тут в каждом есть какие-то отличающиеся вкрапления в виде мелких контрастных элементов, вариаций оттенков одного или другого цвета, фактур…

А.М.: Которые характерны либо для Дашиного образа, либо для моего… Ещё немаловажно то, что у слова «раппорт» есть и второе значение – базовый элемент орнамента, часть узора, повторяющаяся многократно на ткани или ковре. И у нас тоже будет задействован повторяющийся элемент некоего узора.

А как всё-таки у вас появилась эта тема – «раппорт»? Признаюсь, что до вчерашнего дня это слово мне было абсолютно незнакомо. Кто его предложил использовать?

Д.М.: Агата…

А.М.: У нас были и другие идеи, но эта показалось наиболее близкой. «Раппорт» в его первом значении, кстати, и есть олицетворение подготовки к выставке, придумывания, что мы там покажем зрителям. Это и есть такой специфический контакт, основанный на доверии. Попытка соединить вещи, которые приносят хорошие ощущения, хорошие воспоминания. Основанные на чувстве близости, которое в нашем случае может дать семья.

А откуда был взят сам термин?

А.М.: Из Википедии. Там столько всего интересного! (Смеются.) Мне очень нравится рыться, анализировать, докапываться до сути. Скажем, в школе мне больше по душе был русский язык, чем литература…

Потому что там есть система…

А.М.: Да, там ты можешь выделить этот корень, суффикс и окончание!

Д.М.: Ага, я это тоже обожаю, просто состав слова! Приставки…

А.М.: Русский язык очень нравился, а математику я ненавидела.

Там ведь тоже – система?

А.М.: Просто, наверное, к этой системности я шла постепенно. Начиная с языка. Сейчас бы, наверное, с удовольствием занялась математикой. А вот Даша всегда любила считать, высчитывать, все эти уравнения рубила с лёту – я просто поражалась. В Школе Розенталя у неё на выпускном экзамене по математике была десятка!

Д.М.: Ну, по этому предмету у нас любой ученик обычной школы получил бы 10!

Но всё-таки как там было с этим «раппортом»? Как он у вас возник как концепт?

А.М.: Я просто искала что-то на тему «отражения» – что оно значит в философии, психологии, культуре. И так вышла на «раппорт».

Я вот тоже накануне нашего разговора заглянул в статью Википедии. И там написано, что этот термин ввёл в обращение в XVIII веке Месмер. Что это связано с месмеризмом…

Д.М.: С гипнозом?

Примерно. У него была теория, что мы все можем передавать друг другу мысли как магнетические флюиды. Этакое человеческое электричество.

Д.М.: Я с этим согласна, абсолютно.

Но всё это теперь считается лженаукой.

Д.М.: Лженаукой?

Да, именно так написано в Википедии! (Смеются.)

Д.М.: Мне всё же кажется, что подобное электричество между людьми реально существует.

По крайней мере, между вами?

А.М.: Между нами – точно!

 

Экспозиция «Танцующая зеркальность» будет открыта в рижском центре современного искусства kim? до 9 июля вместе с ещё тремя выставками, которые открываются 20 мая. Латышская и английская версии этого разговора вошли в информационные материалы экспозиции.