Пресс-фото

Антропология за вычетом людей 0

19/08/2019
Сергей Хачатуров

До 29 сентября в Государственном центре современного искусства Москвы открыта выставка ::vtol:: «Интерфейс происходящего». ::vtol:: это псевдоним художника – инженера Дмитрия Морозова. Псевдоним отсылает к английскому VTOL, Vertical Take-Off and Landing, самолёту, который может взлетать и садиться вертикально, с помощью подъёмной силы неподвижного крыла… Однако проекты Морозова не об авиации, а скорее об общественных связях и культурных кодах, как вертикальных, так и горизонтальных. Сам художник подчёркивает, что его псевдоним сродни тем, что приняты в среде новой электронной музыки, и свидетельствует о желании абстрагироваться от индивидуальности проекта.

Зал ГЦСИ превращён с тотальную инсталляцию с механизмами, которые чаще всего работают при приближении к ним зрителя. Механизмы эти потрясающе интересны, сбывшаяся мечта детства! Тогда хотелось вскрыть часто аляповатую, банальную оболочку подаренной игрушки или часов и увидеть по-настоящему прикольный мир всяких колёсиков, электродов, диодов, проводков и датчиков. Как они коннектятся, общаются друг с другом, демонстрируя свою тихую или шумную жизнь, выказывая свой норов и нечеловеческое обаяние. Весь зал наполнен шорохами, звонами, клацанием, как в музыке сообщника ::vtol:: по некоторым проектам, композитора Дмитрия Курляндского. На штативах ездят какие-то датчики, сверкают светодиоды, открываются – закрываются разные перепончатые пластины… Жизнь таинственная и странная шелестит по дискам, металлическим стержням, динамикам и проводам.

С некоторыми объектами имеет смысл познакомиться поближе, благо, что каждый из них сопровождается развёрнутой экспликацией. По словам художника, большинство из них сделаны в 2015–2019 годы. Тем более удивительно, что такую мудрёную вселенную автономных машин можно создать за столь недолгий период. Условно механизмы Морозова можно распределить по нескольким темам: конструкция (разрушение – становление), звук (рождение – трансформация), метаинтеллект (машина генерирует смыслы, тексты, слова), наконец, медиаархеология (обращение к советским проектам исследования звука, света, геологии). Темы взаимообогащают друг друга, часто в пределах одной инсталляции.

Конструктивные темы в механизмах ::vtol:: так или иначе обращают нас к социальной психологии. Так, объект 2014 года oil помогает пройти тренинг на тему нестяжательства. Вот исчерпывающее описание объекта: «Инсталляция представляет собой гидравлический пресс, способный разрушить практически любой предмет (мобильный телефон, очки, наушники и т.д.). В процессе разрушения специальный микрофон записывает звук деформации предмета, а компьютерный алгоритм трансформирует эту короткую запись в звуковое сочинение длительностью 20 минут, которое полностью создано из записанного фрагмента. Проект призван провоцировать посетителей на спонтанное избавление от материальных объектов ради создания своего собственного произведения искусства».

А объект Stupa 2017 года визуализирует все наши тревоги и страхи на сюжеты «стабильность» и «энтропия». Штуковина с лопастями исполняет механический балет. То двинется вправо, то влево, то вверх, то вниз; то найдёт идеальный баланс, то изощрённым способом его потеряет. Шифрограмма наших неврозов!

Механизмы, обращённые к теме «метаинтеллект», наиболее ярко предъявляют козырь тотальных инсталляций ::vtol::: брать в союзники случайные погрешности, глитчи и ошибки. Машина zoltan 2018 года сочетает в себе идеи искусственного интеллекта, всемирного оракула, образы мыслящих машин Кубрика и Стругацких. Реагируя на случайные факторы (освещение, потоки людей, температуру), машина генерирует активность в поисковых системах, выдавая рулоны печатной информации наподобие поисковиков и цифровых «помощников».

Данные, записанные во время любовного акта, в работе black box 2018 года стали алгоритмом рождения новой визуальной механики. По замыслу Дмитрия Морозова, таким способом захотелось «создать объект, олицетворяющий неизбежное желание механизмов будущего, наделённых искусственным интеллектом, стремиться познать природу существ, их породивших, – людей».

А способности метаинтеллекта быть диверсантом в сети wi-fi демонстрируют девайсы 2016 года hostpot poets. Каждые десять секунд создаются фиктивные wi-fi-сети и называются развёрнутыми цитатами стихов великих поэтов: Гёте, Пастернака, Басё, Петрарки…

Романтическую идею творчества ::vtol:: максимально раскрывают саунд-артистские инсталляции. Их множество, и они чудесны. Один из самых ранних представленных на выставке – объект 2015 года Ra. Приобретённый в США пиритовый кристалл мотивировал создать синтезатор, в котором лазер озвучивает пиритовую поверхность. Рассказывает Дмитрий Морозов: «Этот объект я считаю для себя этапным, так как в нём объединились сразу несколько практик и технических навыков, с которыми я работал в последние годы. А также новые ресурсы и идеи, к которым я обращаюсь впервые. Например – создание синтезаторов и звуковых объектов, коллекционирование минералов, тема вращения, программирование Pure Data, Arduino и Python, работа с servo и шаговыми двигателями, raspberry pi и лазерами и т.д.

Также очень важным в данном проекте для меня является обращение к теме оккультной футурологии как к концепции, наиболее отвечающей моему представлению о собственном творчестве. В первую очередь, это проявляется в том, как Ra работает с восприятием времени – имея доисторический „неземной” минерал в основе, обращается к средневековью через алхимию, далее несёт в себе иногда прослеживающиеся органные „баховские” мотивы и выводит к отголоскам электронных инструментов середины XX века, завершая всё это лазерами, шумом, кодом и автономностью, выращенными в кустарных условиях».

Звучащая поверхность кунсткамерных раритетов – отдельная новелла в творчестве ::vtol::. Так, в инсталляции conus 2013 года озвучивается узор на поверхности ракушек и сама их форма. В инсталляции 12262 в сгенерированный шум переводятся записи перфоленты, добытой в разрушенных лабораториях советской Кольской сверхглубокой скважины. В ней предположительно проводились сейсмические опыты. Наконец, выявленные в качестве новой образной системы звук, свет и графика кристалла определяют работу red. Она является реконструкцией замысла пионеров советского видео- и саунд-арта, казанского конструкторского бюро «Прометей». Надо сказать, что эти и другие (например, трёхчастная инсталляция этого года low pressure computations, в которой генерируется музыка ветра и открываются двери в прозрачном павильоне) механизмы красивы по-особенному. Своей утончённой хрупкостью и своенравным, строптивым подчас характером они напоминают и мобили Александра Колдера, и образцы ретрофутуристических штуковин российской и советской фантастики, тут диапазон от описаний механизмов и кристаллов в повестях князя Владимира Одоевского («Городок в табакерке», «Сильфида», «Косморама») до объектов Вячеслава Колейчука.

Эти параллели закономерны. Уникальная в своей технологической и гуманистической оснащённости презентация Дмитрием Морозовым темы «саунд-арт» заставляет обратиться к истокам направления. Вспоминаются опыты футуристов, Луиджи Руссоло с его агрегатом некультурных, диких шумов Intonatumori, параллельно – эксперименты по созданию высокотехнологических синтезированных звуков, от Скрябина и Льва Термена до Арсения Авраамова, Владимира Попова, Евгения Шолпо, Михаила Цехановского. В этом ряду припоминаний о пророках и пророчествах саунд-арт-кульминацией является, конечно, изобретённый в 1930–1950-е годы Евгением Мурзиным электрооптический синтезатор АНС (инициалы композитора Александра Николаевича Скрябина), первый русский синтезатор, своего рода «прометей» электронной музыки как таковой.


Фрагмент экспозиции. Фото: Инна Котова

Налицо две темы: настойчивое преодоление всяких культурных кодов в желании приблизиться к подлинно природной, первородной материи «звучащего вещества». Современные исследователи (Алан Лихт) формулируют саунд-арт в контексте работы со звуком как таковым, вне рамок музыкального модульного языка. С другой стороны, приблизиться к этой первородности, а также выявить закономерности природного родства различных физических волновых систем помогают как раз новейшие технологии и девайсы. История с рождением АНС – тому подтверждение. То есть нутряные природные процессы мы обретаем, генерируя их на хай-тек-устройствах. Это сродни алхимии, которую любит и герой персональной выставки в ГЦСИ.

Странная натурфилософия, антропология, переведённые в цифровой алгоритм, объясняют, почему объекты, механизмы ::vtol:: настолько гипнотизируют, увлекают, радуют сегодня, почему все они с характерами и норовом нынешних граждан. Одновременно эта цифровая антропология обращает как раз к механистической философии века Просвещения, ретрофутуристическим опытам французских и английских учёных, а также к текстам филантропа и энциклопедиста пушкинской эпохи Владимира Одоевского.


Дмитрий Морозов (::vtol::) во время экскурсии по экспозиции

Объединяет ::vtol:: с Одоевским и принципиальная эскизность, эссеистичность опытов, апелляция к глитчу, ошибке, сбою программы, случайности («Городок в табакерке» – яркий пример). Обоих можно назвать sound- и science-art-блогерами. В таком ракурсе Дмитрий Морозов, ::vtol::, – законный наследник поэтики русского романтизма.