Foto

Два часа смотреть на маленькую чайку

Сергей Тимофеев

16.11.2020

Экспресс-интервью с Дианой Тамане, чья фотокнига Flower Smuggler стала победителем ежегодного конкурса Recontres d'Arles, а персональная выставка Within Arm's Reach открылась в рижской галерее ISSP

В конце прошлой недели фотокнига Дианы Тамане, латвийской художницы, живущей и работающей в Эстонии, Flower Smuggler стала победителем в номинации «авторская книга» одного из ключевых международных конкурсов в этой сфере – французского Recontres d'Arles. Книга вошла также в шорт-лист другого знакового «состязания» Aperture First Photobook Awards. Параллельно 5 ноября в рижской галерее ISSP открылась её выставка, Within Arm's Reach («На расстоянии вытянутой руки»), которая запланирована до 9 января.

Экспозиция «На расстоянии вытянутой руки» в галерее ISSP. Фото: Гиртс Рагелис 

В этой экспозиции Диана продолжает важную для неё тему взгляда на собственную семью, на своих близких и свои отношения с ними через призму современного искусства – инсталляций, видео, фотографии. На выставке представлены 57 небольших рисунков, сделанных мамой Дианы (уже восемь лет профессиональной дальнобойщицей) во время одного из её рейсов и в течение пары месяцев после него. Эти динамичные небольшие изображения городских видов, моментов остановок в пути, предметов обихода взаимодействуют в экспозиции с медитативным видео, footage для которого снимали и Диана, и её мама. Рисунки были впервые представлены публике этой весной на выставке Дианы Тамане в Генте (это был большой проект Typology of Touch в S.M.A.K.), и так получилось, что мама Дианы успела их там увидеть за день до объявления локдауна в Бельгии, во время своего самого длинного рейса, который продолжался с 1 марта до конца июня. 

Получив известие о призе, я позвонил по видеосвязи Диане в Тарту, где она живёт и преподаёт. И на экране, за Дианой, появилась её выдержанная в чистых чёрно-белых тонах гостиная, куда непременно заходят на чашку чая заезжающие в этот эстонский город художники из Латвии. Конечно, мы начали разговор с книги-призёра.

Издание Flower Smuggler. Фото: Art Paper Editions

Расскажи, пожалуйста, сначала про книгу – как появилась идея её издать?

Где-то в 2016 году у меня впервые возникло ощущение, что всё складывается в книгу. Мои «семейные проекты» разрастались и разрастались, получалось посмотреть на семью с разных сторон и перспектив. Первые проекты были более эмоциональные, более личные, больше интересовал какой-то психологический аспект. А потом захотелось открыть эту тему пошире…

И вот случилось так, что я получила один приз в Бельгии, всё это происходило в фотомузее FOMU, и нас там знакомили с разными местными профессионалами. И вот тогда я и встретилась с Юргеном (Jurgen Maelfeyt – прим. авт.), создателем бельгийского издательства Art Paper Editions. Он посмотрел мои работы минут пять и сказал: «Делаем! Это будет классная книга». Потом был сложный проект, поиск средств и так далее, и всё это растянулось на несколько лет. Но сам опыт сотрудничества с издательством был очень классный – ведь они специализируются именно на «переносе» выставок в формат фотокниги.

Из книги Flower Smuggler. Фото: Art Paper Editions

Сколько своих проектов ты включила в книгу?

Одиннадцать проектов с 2012 по 2019 год.

А как давно ты вообще работаешь с этой «семейной темой»? 

Самый первый раз был, наверное, в 2009 году, когда я в фотошколе готовила работу по классу портрета. Потом я жила в Португалии и тоже что-то делала в этом направлении, но ещё не со своей семьёй.

Машина, которую водит мама Дианы Тамане, на одни сутки встала во внутреннем дворе музея S.M.A.K., чтобы мама смогла посмотреть экспозицию Typology of Touch

Почему тебе вообще эта тема интересна? Это попытка раскрыть какую-то свою историю через историю близких? Или возможность расширить своё восприятие благодаря их опыту?

Когда я встречаю людей, первое, что мне интересно – как они функционируют в рамке семьи. Меня интересуют и конфликтные ситуации, когда с одной стороны мы близки, между нами – кровное родство, но в то же время есть и очень разные интересы, взгляды, ориентиры. При этом для меня важна мысль, что если я не могу свою семью как модель выстроить так, чтобы мы все в ней жили дружно, то как я могу что-то пробовать менять политически и на уровне целого общества? Такие вещи надо начинать с себя и с уровня близкого тебе «мини-общества». И мне кажется, что это такая классная модель, которая мне всё время доступна и с которой интересно играть. В какой-то степени это ещё и принятие себя, своего места в этом мире – особенно это было важно вначале. Кто я, откуда я родом? Мой бэкграунд – русско-латышский. И это тоже такой вопрос осознания «своего/чужого», вопрос принадлежности. С этого всё и начиналось, а потом уже я увидела другие потенциалы темы.

Рисунок из экспозиции «На расстоянии вытянутой руки» в галерее ISSP

Таня Муравская, художница из Эстонии, у которой есть украинские корни и родственники и в Донбассе, и в «украинской Украине», рассказывала мне, что ситуация 2014 года их всех очень рассорила по политическим причинам. И она стала снимать фильм (для выставки «Три сестры»), в котором они все высказывали свою точку зрения, свою позицию, и как-то благодаря этому фильму они сумели начать общаться снова – как будто что-то высказали, проговорили и двинулись дальше.

Мы дружим с Таней. И я недавно показывала своим студентам как раз этот фильм, но я не знала, что он в конечном итоге помог им восстановить отношения. Но и у меня такое было – в моей семье, я помню, когда я решила снять простую ситуацию – мы сидим вчетвером, мама, я, бабушка и прабабушка на диване. Сейчас это у нас происходит очень естественно и вполне себе весело, правда, прабабушки уже больше нет с нами. А раньше это зачастую была какая-то драма, все какие-то напряжённые, мама ссорится с бабушкой, я тоже вся на нервах. Я готовилась к тому, чтобы снять это видео, буквально два-три месяца, что я вот поеду в Ригу, приеду и сделаю – это был большой эмоциональный challenge. Хотя казалось бы – мы просто сидим вчетвером, как четыре поколения женщин, на диване. И мы ничего особенного не делаем. Но эти маленькие жесты, дыхание – всё это казалось мне чем-то очень ценным.

Из книги Flower Smuggler. Фото: Art Paper Editions 

Несколько проектов у тебя связано с мамой и с тем, что у неё теперь такая интересная профессия – она дальнобойщица. Это, наверное, какой-то совсем иной срез впечатлений. И это перманентное состояние on the road… Со своими открытиями и вызовами.

На моей последней выставке, которая только что открылась в ISSP, вообще представлены именно мамины рисунки, мамины истории… В последнее время у меня такая позиция – я могу показывать то, что я хочу. И вот ты даёшь кому-то другому высказаться тоже. Почему бы нет?

Рисунок из экспозиции «На расстоянии вытянутой руки» в галерее ISSP

Но я бы не сказал, что ты тут выступаешь чисто в роли «куратора». Во-первых, есть видео, которое ты сделала по маминому рассказу. Но с другой стороны – то, что здесь тобой создано, я для себя сформулировал как presence – то, что там присутствует твоя мама, хотя физически её там нет, и почти никто из нас, зрителей выставки, с ней незнаком. Выставка работает как такой 5D-принтер, который создаёт это присутствие человека, хотя его нет рядом. Не знаю, как ты сама это видишь. Что это для тебя?

Я, может быть, ещё не до конца поняла это для себя. У меня довольно много времени занимает понять и разложить по полочкам – что произошло. Но это явно и продолжение того, что уже было сделано. Когда ты что-то придумал, реализовал, но хочешь ещё какой-то комментарий сформулировать к этому, как-то ещё отреагировать.

А ещё во время пандемии и карантина, знаешь, у меня было такое ощущение… Скажем, ко мне за окном прилетала маленькая чайка. И мне так интересно было на неё смотреть, хотя вроде всё время какие-то дела надо было делать. А тут два часа смотрю на чайку. А потом я подумала – а почему бы и нет, почему я не могу так смотреть? И потом я много снимала разные цветочки, ходила в Ботанический сад каждый день, и снимала просто на телефон. И в этом выставленном видео постоянно идёт микс – долгое мамино видео, снятое из окна кабины, и мои короткие видео. И для меня самой было тут важно, что тема природы и человека получила новую актуальность. Я вегетарианка с четырёх лет, для меня эта норма, но я как-то не особо задумывалась на этот счёт. А сейчас для меня очень важно понимание, что мы со всем живым – единый организм. И эта тема органично сплелась с маминой историей.

«На расстоянии вытянутой руки» в галерее ISSP. Фото: Гиртс Рагелис

Историей про маленького грызуна, который завёлся у них в кабине во время переезда из Каталонии в Польшу… Историей контакта?

Дружбы! (Смеётся.) 

А ты собираешься продолжать эту «семейную аналитику» ещё с какими-то другими подходами или хочешь закрыть эту тему?

Я, с одной стороны, отодвигаюсь от неё, по крайней мере пробую делать что-то не про своих близких. Скажем, у меня в работе проект про трёх женщин, русскоговорящих, из Латвии, но давно живущих в Испании. Там бабушка Тамара тоже из Донбасса, мама Ирина (среднее поколение) родилась в Риге, а дочка Соня – полукореянка, выросла уже в Испании. И я делаю фильм о них. Я над ним начала работать в прошлом году, а в этом не могу к ним никак вырваться из-за пандемии. И там мне тоже очень интересно и как-то свежо… другая семья, другая дистанция. И очень классные харизматичные характеры.

А с другой стороны, если тема для меня не исчерпывается и появляются какие-то новые подходы, то, может, я и буду художницей, которая следующие 50 лет будет продолжать что-то делать про своих близких. И в этом тоже может быть что-то особенное.

Диана Тамане. Фото: Гиртс Рагелис 

Семья ведь не стоит на месте.

Вот именно! Кто-то рождается, кто-то умирает, отношения меняются. И это настолько увлекательно. Вот у мамы раньше было своё кафе, а теперь она дальнобойщица… Интересно же!