Foto

Что сейчас делают художники? Павел Отдельнов в Москве

Arterritory.com

21.04.2020

Пока активная общественная жизнь парализована, а музеи, галереи и культурные учреждения закрыты, у многих из нас не исчезли ни желание делать своё дело, ни вдохновение. На самом деле это время оказывается вполне подходящим для саморефлексии и обдумывания новых идей для будущего. Хотя мы находимся дома и самоизолируемся, мы все продолжаем работать, думать и чувствовать. В качестве своего рода жеста вдохновения и «отдалённой» взаимной солидарности Arterritory.com запустил проект под названием «Что сейчас делают художники?», чтобы показать и подтвердить, что ни жизнь, ни творческая энергия не останавливаются во время этого кризиса. Мы пригласили художников из разных стран, чтобы они поделились с нами тем, о чём они думают и как они чувствуют себя в это время всеобщей самоизоляции.

На вопросы Arterritory.com отвечает живущий в Москве и много работающий с темой экологии пространства художник Павел Отдельнов (последняя выставка его индустриальных пейзажей под названием «Промозона» прошла в Московском музее современного искусства в 2019 году).

Чем вы сейчас заняты, над чем работаете? Насколько изменился ваш образ жизни в последние недели?

В самом начале марта мы вместе с моей семьей вернулись из Италии. Мы успели погулять по полупустому Риму и насладились отсутствием туристов в Помпеях. Но всё было открыто и работало в нормальном режиме. После возвращения начался наш карантин, который к настоящему моменту длится уже 45 дней. Для нас нахождение дома в изоляции не стало большим испытанием, потому что мы и до карантина не слишком много тусовались и не часто ходили в гости. Уже в начале марта, когда в Москве всё работало в обычном режиме, а в Италии закрывалось на карантин, стало понятно, что это всерьёз. И, возможно, надолго.

Я заказал грузовик и перевёз холсты и краски из моей мастерской домой. Завесил плёнкой стены и часть пола, построил импровизированный мольберт. Но работать дома оказалось очень неудобно. Я быстро понял, что присутствие моих домашних мне мешает сосредоточиться на работе. Пришлось разгородить квартиру шторой и установить правила. По этим правилам заходить в мою импровизированную мастерскую в рабочие часы запрещено. Проблема только в том, что в моей зоне оказался холодильник, доступ к которому стал ограниченным для моих домашних. Но вообще, как выяснилось, правила и распорядок – то, что жизненно необходимо в автономном режиме. И это помогает преодолеть тревожность.

Ещё до карантина я задумал серию работ, связанную с виртуальными прогулками по просторам Google street view и Яндекс-панорам. Автоматическая камера, которая запечатлела окружающие пространства, сделала это максимально безоценочно и беспристрастно. Я просматриваю бесконечные обсуждения в русских пабликах, где делятся фотографиями, отразившими окружающую действительность, собираю коллекцию самых интересных и характерных комментариев. Мне кажется, что массовая рефлексия на тему повседневного окружающего нас пейзажа – характерный феномен последних пяти-семи лет. На эту тему я готовлю проект с рабочим название «Русское нигде». Виртуальные пространства, к счастью, остались так же доступны, как и до режима изоляции, поэтому я не сильно переживаю из-за невозможности свободного перемещения или нехватки впечатлений.

 

В литературной среде всё время возникают какие-то новые тексты по поводу коронавируса, нельзя, правда, сказать, что очень удачные. Возможны ли какие-то сходные по тематике артефакты в художественном сообществе или тут требуется другая временная дистанция? 

Самые яркие артефакты, которые возникли в последнее время непосредственно «на тему», это, конечно, мемы и народное творчество, которое демонстрируют паблики в соцсетях. Думаю, что художникам невозможно соревноваться с такой формой творчества. Однако некоторые работы, сделанные ещё задолго до текущей ситуации, оказались очень точными. Как, например, опера «Sea & Sun (Marina)», которая шла в литовском павильоне на последней Венецианской биеннале. Чувство тревожности перед будущим, перед глобальными проблемами и ощущение абсурдности происходящего в текущий момент – эта работа сумела нащупать нерв времени.

Многие убеждены, что когда человечество минует этот этап и справится с этим вызовом, масса вещей в мире изменится. Согласны ли вы с этим? Что может поменяться в культурной сфере? 

Мировая ситуация, связанная с коронавирусом и со всеобщей самоизоляцией, только проявила те проблемы и противоречия, которые накопились в обществе.

Многое уже очень сильно изменилось за последние десять лет, и теперь изменится ещё сильнее и радикальнее. Произойдет ещё большая виртуализация, всё, что жизнеспособно, уйдет в онлайн. В том числе в сфере культуры: уже сейчас каждый музей и уважающая себя галерея занимается производством контента, который доступен онлайн. Виртуальные выставки, конечно, пока не способны конкурировать с реальными – они не могут дать аналогичный опыт взаимодействия и погружения. Но это, разумеется, проблема технических ограничений и дело времени.

Пандемия изменит (и уже изменила) современное отношение к гигиене и личному пространству. Думаю, что нас ждут новые стандарты чистоты и «социальной дистанции». И, к сожалению, новые стандарты наблюдения и контроля за гражданами. Очень бы хотелось надеяться, что в перспективе глобальный вызов сделает государственные границы более прозрачными и поспособствует преодолению международных конфликтов. Перед вирусом нет «ни эллина, ни иудея», ни белого, ни чернокожего. И национальные флаги для него ничего не значат. Интересно, что из текущего момента дискуссии о национальной идентичности и о государственных границах, которые актуализировались в 2014 году, сегодня кажутся особенно нелепыми. Все равны перед глобальными угрозами: будь то коронавирус, экология или проблема утилизации отходов. Очень надеюсь, что люди смогут это осознать, тем более что для размышлений сейчас достаточно времени.
 

Время самоизоляции – это и период интенсивной дигитализации культурного опыта. Воспользовались ли вы сами какой-нибудь виртуальной экскурсией по художественному музею?

У меня накопились довольно обширные собственные архивы снимков из разных музеев мира, поэтому мне достаточно хотя бы частично пересмотреть массивы, накопившиеся за много лет. На полках уже давно дожидаются своей очереди отложенные книги. А из доступного онлайн для меня самыми востребованными оказались циклы лекций, которыми делятся разные уважаемые музеи и институции. И уроки английского языка, которые очень помогают преодолеть возникающее иногда чувство клаустрофобии.
 

 

 ***

«Уроженец Дзержинска Нижегородской области Павел Отдельнов помнит постепенный распад советской социальной, политической и экономической утопии на примере судьбы больших химических заводов города. Отец художника прошёл путь от мастера до директора химического завода Дзержинска. Потому все нюансы жизни и труда в засекреченном городе Павел Отдельнов знает доподлинно». Так пишет об этом мастере индустриальных пейзажей наш обозреватель Сергей Хачатуров. Павел окончил Московский государственный академический художественный институт им. В.И. Сурикова и Институт проблем современного искусства. В 2015 и 2017 годах был номинирован на Премию Кандинского в номинации «Проект года», в 2017-м стал лауреатом премии в области современного искусства имени Сергея Курёхина (специальный приз Французского института). Произведения художника находятся в Государственном Русском музее, Государственной Третьяковской галерее, Московском музее. В 2017, 2018 годах входил в Российский инвестиционный художественный рейтинг 49ART, представляющий выдающихся современных художников в возрасте до 50 лет.

Публикации по теме

Соцреализм без берегов

ВИЗУАЛЬНОЕ ИСКУССТВО — Интервью — 17.05.2021.

Разговор с Александрой Харитоновой, куратором выставки «Соцреализм. Метаморфозы. Советское искусство 1927–1987»

Что сейчас делают художники? Томс Харьё в Риге

ВИЗУАЛЬНОЕ ИСКУССТВО — Суть дня, Q&A — 03.07.2020.

Мы все в каком-то смысле живём в будущем

Что сейчас делают художники? Элина Браслиня в Риге, в Кенгарагсе

ВИЗУАЛЬНОЕ ИСКУССТВО — Суть дня, Q&A — 05.06.2020.

Я пытаюсь справиться с осознанием, что сначала я мама, а потом – художница

Что сейчас делают художники? Стас Гинзбург в Нью-Йорке

ВИЗУАЛЬНОЕ ИСКУССТВО — Суть дня, Q&A — 30.04.2020.

Я хотел ещё более внутренне застыть

Что сейчас делают художники? Алнис Стакле в Риге

ВИЗУАЛЬНОЕ ИСКУССТВО — Суть дня, Q&A — 17.04.2020.

Этот период будет для нас как зеркало

Что сейчас делают художники? Эрнесту Нету в Рио-де-Жанейро

ВИЗУАЛЬНОЕ ИСКУССТВО — Суть дня, Q&A — 25.03.2020.

Мы все разделены, но в то же время все вместе

Сорняк человеку друг, товарищ и брат

ВИЗУАЛЬНОЕ ИСКУССТВО — Рецензии — 12.08.2016.

Что показывает Нижний?

Что сейчас делают художники? Егор Кошелев в Москве

ВИЗУАЛЬНОЕ ИСКУССТВО — Суть дня, Q&A — 01.12.2020.

«Надеюсь, живая художественная реальность возьмёт своё»

Что сейчас делают художники? Атис Якобсонс в Риге

ВИЗУАЛЬНОЕ ИСКУССТВО — Суть дня, Q&A — 29.06.2020.

Удивительно, насколько ценным оказалось это время.

Времени в любом случае немного

ВИЗУАЛЬНОЕ ИСКУССТВО — Интервью — 11.05.2020.

Микелис Фишерс. Кризисное интервью

Что сейчас делают художники? Алина Глазун в Москве

ВИЗУАЛЬНОЕ ИСКУССТВО — Суть дня, Q&A — 25.04.2020.

Клею и шью очень камерные вещи из материалов, которые находятся под рукой

Что сейчас делают художники? Марко Мяэтамм в Таллине

ВИЗУАЛЬНОЕ ИСКУССТВО — Суть дня, Q&A — 02.04.2020.

Нам дана привилегия испытать это

Что сейчас делают художники? Кайдо Оле в Таллине

ВИЗУАЛЬНОЕ ИСКУССТВО — Суть дня, Q&A — 24.03.2020.

Эстонский живописец пишет нам из своей мастерской

Картины на карантине

ВИЗУАЛЬНОЕ ИСКУССТВО — Рецензии — 16.11.2015.

Грецкий и Отдельнов. Москва